Место и роль России в Восточной Азии (академический подход)
США
Глава I. Американцы о месте и роли России в Восточной Азии
В обобщенных выводах участников конференции, проведенной Тихоокеанским командованием США (PACOM) и Институтом национальных стратегических исследований относительно политики США в Восточноазиатско-тихоокеанском регионе (февраль 1996 г.), указываются все знакомые зоны “опасности”, но главный упор делается на Китай, формы и способы его подчинения интересам США[1].
Россия ни разу не упоминается и в этом обобщенном докладе.
Это не означает, что Россия вообще игнорируется в анализе ситуаций в ВА. Во множестве других аналитических работ она так или иначе вспоминается, правда, чаще всего в контексте продажи оружия КНР. Вот некоторые оценки аналитиков.
Бонни Глейзер, консультант Минобороны США, так оценивает место России в мире и ВА. Она пишет: “Советского Союза более не существует, а уменьшенная (truncated) Россия пытается приостановить резкое экономическое падение, в то время как ее Тихоокеанский флот гниет во Владивостокском порту. Фактически Россия мало принимается в расчет в Азии — ее экономическое присутствие чрезвычайно мало, она оказывает минимальное влияние на политические дела, и ее убывающие военные возможности мало или вообще ничего не дают в регионе. Наибольшее воздействие Москвы в регионе ощущается в сфере продажи оружия, особенно Китаю. Оживление российской экономики могло бы возродить российское влияние, однако, как представляется, для этого понадобится много лет, если не десятилетия”[2].
Другой консультант Минобороны, Бэннинг Гэрретт, полагает: «Россия не в состоянии бросить вызов США и помочь Китаю против американского давления. …Что же касается геополитического веса китайско-российского “стратегического партнерства”, то такой треугольник работает только тогда, когда третий партнер замечает и беспокоится о других двух, которые что-то “замышляют”. У меня же сложилось впечатление, что официальные лица США вряд ли обращают внимание на такие события как обмен визитами на высшем уровне и коммюнике, взывающие к мультиполярности, в которой нет одной страны — США, и стремятся установить систему правил для остального мира» (р. 16).
Надо иметь в виду, что вышеназванные оценки принадлежат ученым, так сказать, либерального направления.
Наиболее нелицеприятные оценки России, ее внешней политики исходят из Фонда наследия. Его сотрудники, в отличие от либеральных ученых-интеллигентов, “режут правду”, невзирая на лица. При всем этом следует признать, что их аналитические работы, по крайней мере, касающиеся России, ближе к реальности, чем труды большинства американских русологов из других организаций. Мне уже приходилось не раз излагать рассуждения главного эксперта Фонда по России — Ариэля Коэна. Здесь же целесообразно показать мнение специалистов по Азии, точнее, их представления на роль России в американской политике в Восточной Азии.
Фонд наследия каждый год публикует фундаментальные материалы, своего рода рекомендации консервативным политикам США, занимающим любой пост в правительстве, вплоть до президентского. Один из такого типа изданий назывался “Issues’98″ (наверное, можно перевести как “Проблемы 1998 г.”). В специальном разделе “Интересы Соединенных Штатов в АТР” его автор Дж. Прзистап дает анализ ситуации в “АТР” (фактически в ВА) и рекомендации для политики США в этом регионе. Предварительно хочу подчеркнуть, что все главы хорошо структурированы, а рекомендации для действий США финансово просчитаны.
Итак, жизненно важные интересы Америки в Азии (т.е. в “АТР”) сводятся к следующему: доступ к рынкам региона, свобода мореплавания, предотвращение появления враждебной силы или группы сил, которые могли бы исключить влияние Соединенных Штатов в регионе, содействие распространению демократии и прав человека[3].
Ключевыми проблемами текущего момента являются финансовый кризис и отношения США с Китаем, Тайванем, Южной Кореей и другими азиатскими странами.
В сфере безопасности целями являются: 1) усиление двусторонних союзнических отношений с Австралией, Японией, Филиппинами, Южной Кореей и Таиландом; 2) укрепление сил передового военного базирования; 3) поддержание открытой мировой экономики и торговой системы.
В принципе, на решение этих трех задач и задействована вся американская внешняя политика в ВА.
Чтобы простой американец понимал, ради чего США должны затрачивать колоссальные ресурсы в регионе, автор приводит ряд данных. Американская торговля, падающая на “АТР”, на 60% превосходит объем торговли с Европой. Это означает, что 2,5 млн. американцев имеют работу благодаря экспорту в “АТР”. Только экспорт в Японию дает почти 1 млн рабочих мест в США. Кстати, первая цифра была озвучена даже Клинтоном в его обращении к Америке за 1997 г.
В этой главе много говорится, что надо делать с Китаем, Тайванем, с Северной и Южной Кореей, но ни словом не упоминается Россия.
Вместе с тем в ней присутствует весьма симптоматичная рекомендация, которая косвенно, в случае ее реализации, может касаться и России. Автор пишет: “Администрация должна активно работать с Японией и другими своими союзниками и друзьями, прежде всего с Австралией, КР и Республикой Китай на Тайване, в деле расширения ПРО в регионе (выделено мной. — О.А.). Соединенные Штаты должны оснастить свои наземные и морские силы системами ракетной обороны, а также предложить для продажи такие системы своим ключевым союзникам и друзьям”.
Эта рекомендация уже начала обкатываться в военных кругах США, против чего уже несколько раз высказывались в КНР. Россия же не акцентирует внимание на этой теме.
В следующем ежегоднике “Проблемы 2000 г. Рекомендательное пособие для кандидата” в разделе “Азия”, написанном Ларри Уорцелом, Россия хотя и не выделена в отдельный раздел, но два раза была упомянута, причем в первый раз в качестве “потенциальной угрозы” Соединенным Штатам. Имеется в виду ядерный потенциал России, которая наряду с Китаем, с Индией и Пакистаном, а также с возможной ядерной державой — Северной Кореей — создают зону стратегической безопасности для США[4]. Эта озабоченность вполне понятна. Непонятно только, каким образом Уорцел в “Азиатско-Тихоокеанский регион” загнал Индию и Пакистан, которые вроде бы расположены в Индийском океане.
Весьма интересно представлена позиция и роль России в ВА Дэвидом Тэнкским в Докладе Института анализа внешней политики, которую возглавляет известный ученый и практик Р. Пфальцграф. Доклад называется “Исследование ракетной обороны Соединенных Штатов. Требования в 2010 году” [5].
Хотя тему ракет я здесь затрагивать не собираюсь, но хотелось бы выделить в этой связи такое заключение автора: “В сфере ракет и ракетной обороны Россия остается одной из главных угроз Соединенным Штатам: во-первых, как источник распространения, из-за чего может возникнуть угроза Соединенным Штатам, во-вторых, как обладатель мощных стратегических ядерных систем под сомнительным контролем слабого центрального правительства”. Это для заметки.
А вот как автор доклада представляет позицию Москвы в регионе: «Россия поддерживает военный баланс в Восточной Азии; она чувствует себя уязвимой в этом регионе. (Ее исторические опасения в отношении Японии вновь становятся очевидными.) Российское политическое сообщество верит, что вывод американских сил из ВА без сомнения приведет к перевооружению Японии, возможно, одному из наибольших страхов русских. Таким образом, очевидное большинство, кажется, верит, что ограниченное присутствие США в Восточной Азии… было бы выгодно для российских национальных интересов и вносило бы вклад в стабильный баланс сил в Восточной Азии. В рамках новой расстановки сил многие русские, кажется, верят, что объединенная Корея могла бы стать естественным союзником России — и поэтому Россия активно обхаживает Северную и Южную Кореи. Что же касается Китая, то мнения по нему разделились. Часть представителей политического сообщества верит в то, что сильный Китай начнет расширять свои интересы в сторону Юга, что может создать проблемы для Соединенных Штатов и отвлечет внимание США от российских дел. Одновременно небольшая часть политических деятелей также боится, что техническая и военная помощь России Китаю является актом продажи “веревки, на которой тебя же и повесят”, поскольку Китай имеет старые претензии к большей части российского Дальнего Востока, берущие начало еще с царских времен предыдущих столетий».
Далее приводится подробная информация о военно-технических связях между Россией и КНР, часть из которых уже упоминалась выше. Главная идея заключена в том, что “будущее русско-китайских отношений станет ключевым фактором в последующих уравнениях безопасности Соединенных Штатов” (там же).
Хочу обратить внимание на следующий факт. Россию в Восточной Азии все чаще и чаще стали рассматривать только в связке с КНР. И все реже и реже как самостоятельный субъект политики, даже в контексте безопасности. Еще один пример, подтверждающий мое суждение. В книге “Азиатский Тихий океан в новом мировом порядке”, предназначенной в качестве учебника для студентов университетов, в главе, посвященной проблемам безопасности, пишется: “Россия, которая граничит с Азиатским Тихим океаном, здесь не обсуждается в деталях, поскольку ее региональная активность в настоящее время незначительна, хотя она, возможно, и всплывет как основная держава в будущем. …Неспособность России играть значительную роль в ближайшем будущем означает, что Азиатский Тихий океан остался только с одной военной сверхдержавой — США, хотя и США могут быть описаны как держава в относительном падении”[6]. Последнее немножко утешает.
* * *
Столь подробное цитирование было необходимо для того, чтобы российские специалисты трезво отдавали себе отчет в том, как воспринимают политики и ученые в США место и роль России в Восточной Азии. Не имеет значения, заблуждаются они или нет. Надо знать, что весьма часто именно “заблуждения” или “misperception” кладутся в основу внешней политики, о чем в свое время убедительно писал американский международник Джон Стоссенджер как раз на примере отношений Китая, России и Америки. На эти заблуждения тратились миллиарды долларов впустую. Проблема в том, чтобы сами русские наконец перестали заблуждаться на свой счет, ударяя в барабаны в связи с очередным визитом какого-нибудь высокопоставленного деятеля в Японию или Китай и трезвоня об очередном прорыве в “АТР”. Точно так же русские должны, по крайней мере, осознавать, что США перестали рассматривать Россию как великую державу. Это зафиксировано не только в официальных документах, это проявляется и в практической политике, когда любая стратегическая акция Вашингтона осуществляется без оглядки на Москву.
[1] Подр. см.: Hans Binnendijk. U.S. Strategic Objectives in East Asia. Institute for National Strategic Studies — “Strategic Forum”, Number 68, March 1996. — Internet.
[2] Banning Garrett and Bonnie Glaser. China and the U.S. — Japan Alliance at a Time of Strategic Change and Shifts in the Balance of Power. Stanford University. Asia/Pacific Research Center, October 1997, p. 14.
[3] Issues’98. The Candidate’s Briefing Book. Ed. by Stuart M. Buttler and Kim R. Holmes. The Heritage Foundation. Wash., D.C., 1998. — Internet.
[4] ISSUES 2000 The Candidate’s Briefing Book. Edited by Stuart M. Butler and Kim R. Holmes. Wash. D.C., The Heritage Foundation, 2000, р. 657.
[5] Exploring U.S. Missile Defense Requirements in 2010: What Are the Policy and Technology Challenges? Institute for Foreign Policy Analysis. April 1997. — Internet.
[6] Asia-Pacific in the New World Order. Ed. By Anthony McGrew and Christopher Brook.NY/L:Routledge, 1998, р. 88.
© Олег Арин
Персональный сайт
При полном или частичном использовании материалов ссылка на olegarin.com обязательна
