Главная         Об авторе         Статьи         Книги         На досуге   

 

Социализм и будущее России


Часть II. Россия между прошлым и будущим


Вернемся к текущему моменту. Зададим сами себе три вопроса.

1. После поражения социализма в Советском Союзе есть ли у него шансы возродиться вновь? 2. Если да, то в состоянии ли общество, построенное на социалистических началах, вытащить страну из той трясины, в которую ее загнал капитализм? 3. Если опять же да, то способно ли это общество на дальнейшее ускоренное развитие, не уступающее по темпам развитым капиталистическим странам? Попробую ответить на эти вопросы.

Легче всего ответить на первый вопрос. Самое удивительное, что социализм у нас никогда и никуда не исчезал. Почему? Отвечает народная артистка Людмила Зайцева: “Коммунизм — это наша русская идеология, наша национальная идея, наш образ жизни. Это общинность, в высшей степени близкая и необходимая нашему народу”[1]. И с ней согласны все крупные российские ученые и философы, некоторые из которых называют явление коммунизма-социализма другими словами типа соборность. Но как ни называй это явление, оно существовало и на заре возникновения русского государства — своего рода раннефеодальный социализм — вплоть до Петра, и после Петра в виде позднефеодального социализма. Социализм никуда не делся и в период развития капитализма второй половины XIX века, и в период возникновения империализма начала XX века. Он сохранялся и в хрущевско-брежневские годы, остался при Горбачеве, существует и сейчас. Я имею в виду социализм в сознании большинства русского народа, который определяет тип культуры, мышления и поведения. Этот феномен вынуждены признать даже американские авторы Д. Ерин и Т. Густафсон, которые в одной из лучших работ по современной России на Западе (”Россия в 2010 году и что это значит для мира”) с крайнем сожалением пишут: “Хотя идеология коммунизма сошла на нет, социализм продолжает жить в сознании людей. …Многие все еще относятся с подозрением к частной собственности, особенно, на землю. Многие русские все еще предпочитают мыслить группами и подозрительны к индивидуализму. Настоящий рынок (в противовес к черному и бартеру) еще чужд их жизненному опыту, и они продолжают надеяться в решении своих проблем на государство, они более враждебны к привилегиям, основанным на частной собственности, чем достигнутым на государственной службе”[2].

Такая констатация означает, что россиянин при любой общественно—политической системе сохраняет в себе общинные, социалистические качества. Если исключить ранние формы общинной организации, только в предыдущем веке, в период от 1917 г. до середины 50-х годов надстроечная и базисная структура соответствовала социалистическому умострою россиян. Благодаря этому соответствию и произошел колоссальнейший скачок в развитии Советского Союза. Таким образом, чтобы достигнуть вновь этого соответствия, необходимо восстановить социалистическую надстройку с адекватным ей базисом. Совершенно естественно, что форма или тип социалистической надстройки и базиса в нынешних условиях будут отличаться от вариантов периода Ленина и Сталина. И определять эти формы должны стоящие перед страной проблемы и характер противоречий, которые необходимо решать на текущий момент.

О сегодняшних проблемах можно писать бесконечно, хотя на самом деле, если их обобщить, обнаружится всего две проблемы. Первая: Россия попала в зависимость от западного мира, утратив черты самостоятельного государства. Это проявляется в том, что она потеряла контроль над своей экономикой, внутренней и внешней политикой. Вторая проблема: нынешний правящий класс в лице президента и правительства оказался не в состоянии осуществлять реформы и эта неспособность загоняет страну все глубже и глубже в стратегическую трясину с неизбежным распадом единого государства на региональные анклавы, независимые от Центра, но все более зависимые от иностранного капитала.

Эти две крупные проблемы порождают целый блок противоречий, среди которых необходимо высветить следующие противоречия между:

•Россией и Западным миром;

•правящим классом и основной частью трудового населения России;

•Центром и регионами;

•компрадорской буржуазией и национальной буржуазией;

•социалистическим умостроем большинства россиян и формами власти и экономики.

Все названные противоречия носят антагонистический характер и посему могут быть решены только на основе жесткой и силовой политики. При этом, силовая политика не обязательно означает уничтожение “оппонента”, хотя и не исключает этого. Прежде всего она означает жесткое требование к тем или иным “оппонентам” видоизмениться в соответствии с интересами России и ее населения. Но если за этими требованиями не будет стоять сила, любой “оппонент” проигнорирует их, продолжая действовать в пользу своих интересов.

Учитывая катастрофическое состояние России, возрожденная социалистическая надстройка должна быть жесткой и решительной в отстаивании интересов трудового населения страны.

Хотим мы этого или нет, но одна из специфик российского пути заключается в сильной государственной власти, доминирующей над демократией с ее парламентами и законами. Попытка сбалансировать три ветви власти, чтобы было “как у них”, будет постоянно порождать борьбу всех против всех. Только сильная государственная власть может положить конец процессу дальнейшего распада России.

Этому государству необходимо взять под контроль все стратегическое сырье и стратегическую промышленность. Но то же государство должно освободить себя от розничной торговли, сферы услуг и от бремени заниматься средними и мелкими предприятиями. Это дело частников.

Массовая утечка валюты через частные и получастные банки должна побудить государство взять в свои руки эти банки, по крайней мере, те из них, которые не участвуют в инвестировании промышленности.

Такого типа контроль упрощает систему отношений с регионами, областями и краями. Они, лишенные забот о стратегическом сырье и промышленности, с одной стороны, теряют рычаги шантажа Центра, с другой — совершенно свободны в деятельности по стимулированию местной промышленности на общественной или частной основе. От последних требуется только “дань” в виде жестко зафиксированного, но щадящего налога.

Следовательно, на первых порах экономика России должна концентрироваться в руках государства с крайне жесткими функциями контроля и регуляции, в том числе и в рыночной сфере.

Хочу подчеркнуть, власть должна быть жесткой, но эта жесткость должна быть обращена только против врагов социалистической России и интересов большинства населения страны. Если же власть начнет работать на себя или на узкий слой господ, это будет означать ее перерождение, и в таком случае она должна быть сброшена. Механизм и процедура “сброса” такой власти должны быть тщательно расписаны в конституции страны.

Опыт социалистического строительства в СССР показал, что социализм может вытащить страну из любой кризисной ситуации самого экстремального типа. Поэтому я уверен, что социализм вытащит из кризиса и нынешнюю Россию. Здесь у меня нет сомнений. Но предыдущий опыт показал и то, что социализм не очень хорошо себя ведет, так сказать, в мирные периоды развития. И в качестве доказательства нам постоянно приводили факты отставания от Запада по производительности труда, по уровню и качеству жизни, в технических и технологических сферах. Другими словами, как быть с ответом на третий вопрос: в состоянии ли социализм конкурировать с развитым капитализмом, обеспечивая обществу те же прелести, что имеет житель западных стран. На этот простой вопрос не может быть простого ответа. Придется его развернуть.

Во—первых, когда мы находились в рамках системы социализма как ведущей тенденции развития (1917—1953 гг.), наше государство опережало все страны по темпам роста всех макроэкономических и социальных показателей. После 1953 г. мы попали в псевдосоциализм, а затем в псевдокапитализм, что резко снизило темпы развития страны. Наша социалистическая суть оказалась без каркасных надстроечно—базисных опор, которые, не ведая того, разрушили вожди—маразматики. Иначе говоря, проигрывал соревнование с западным капитализмом не социализм, а пародия на него, фактически один из худших вариантов капитализма. Во—вторых, западный капитализм развивался и развивается в громадной степени за счет эксплуатации незападного Третьего мира, что не мог себе позволить реальный социализм. Необходимо постоянно помнить: на Запад “пашет” весь рыночный мир Азии, Африки и Латинской Америки с колоссальным ущербом для себя. Результат “сотрудничества” с Западом для большинства стран Третьего мира — десятки миллионов безработных, голодных, нищих. В—третьих, нашему социализму опять придется начинать почти с нуля, с экономики как бы дважды разрушенной Отечественной войной, в то время как Запад “в разгоне”.

Таким образом, если трезво смотреть на вещи, даже при социалистической форме правления мы не сможет догнать Запад по среднему уровню благосостояния в среднесрочной перспективе. Слишком далеко назад загнали нас нынешние реформаторы. Но если сохранится нынешний капитализм, то этот разрыв будет увеличиваться. Социализм же в состоянии его сократить, в том числе и за счет урезания нетрудовых доходов нынешней верхушки правящего класса. У социализма наработан механизм перераспределения доходов государства и общества в целях удовлетворения естественных потребностей каждого члена общества. В этом основное преимущество социализма перед капитализмом. Обратная сторона этого преимущества — человек перестает думать над хлебом насущным и завтрашнем дне, как это происходит сейчас при капитализме. Он обращает свою энергетику на развитие духовного и творческого потенциала своей личности, поощряемое и высоко оцениваемое коллективом и обществом в целом. Такой тип взаимоотношений личности и общества, в которых доброта, доверие и достоинство личности являют собой норму общественной морали, обеспечивается самой генетикой социализма.

* * *

Нынешняя Россия в муках вновь ищет свою историческую стезю. Казалось бы чего проще: копируй демократию рыночной экономики и прочие западные ценности, и все проблемы будут решены. Все, кто призывает к этому или пытается реализовать эти ценности на практике, однозначно обречены на неудачу. Русский человек в массе своей никогда не примет ни западной демократии, ни рынка. В них нет души, нет воли, нет иррациональности, то есть, нет человека. А без всего этого русский — не русский.

В современной России все или почти все понимают, что страна в глубочайшем кризисе. Но не все или мало кто понимает, что кризис этот вызван капитализацией России, что Россия попала в капиталистический капкан. Никакое православие, никакая государственно-патриотическая идеология ее из этого капкана не вытащит. На это способен только социализм. Не тот пошлый, лицемерный социализм, который мы испытывали на себе в годы стагнации и застоя, а социализм, способный к самокритике, к учету собственных ошибок, социализм, постоянно обновляющийся и вбирающий в себя самые лучшие достижения мирового опыта.

Что же делать, чтобы восстановить социализм в России? Ответ может быть только один — бороться за него. Капитализм нас, россиян, истребляет, а нашу Родину распродает. Если мы хотим сохранить свое Отечество, свою культуру, свой язык и себя как русский народ, мы должны истребить капитализм в той форме, в какой он нам навязан.

А навязали нам смертельную схватку и избежать ее никому не удастся. Или ты гибнешь на скотобойне капитализма, или ты побеждаешь в борьбе за социализм. Иного не дано. Выбирай.

[1] Правда, 29.VI. 1996.

[2] Daniel Yergin, Thane Gustafson. Russia 2010 and What It Means for the World. NY: Random House, 1993, pp. 3-4, 46.

КНИГИ

Россия в стратегическом капкане