Заключение
Часть третья. Восточно-азиатский международно-политический регион: проблема военной безопасности
Глава 5. КНР: военный потенциал и политика безопасности в Восточной Азии
За всеми разговорами о национальных интересах, о чем бы ни шла речь: о территориальной целостности, политическом суверенитете, правах человека, демократии и т. д. скрывается самый фундаментальный стратегический интерес, который был гениально вскрыт Марксом и Энгельсом, а позже развит Лениным, это - интерес экономический[12]. А от него уже отпочковываются все другие стратегические интересы. Он настолько важен, что о нем стараются не говорить, а если и говорить, то как-то вскользь, между прочим.
В этой связи хочу в особенности обратить внимание на следующее: почему-то именно в 90-е годы все чаще и чаще стали всплывать разговоры об островах Спратли и Парасельских островах, короче, о территориальных проблемах в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях. Почему-то раньше эти проблемы никого не интересовали. Ответ надо искать в экономике, а точнее в надвигающихся энергетических проблемах государств Восточной Азии. А перспектива такая.
Подсчитано, что к началу века КНР будет импортировать около 1 млн. баррелей нефти в день (мбд), а через 15 лет - 2,5-3,0 мбд.
В Южной Корее спрос на нефть возрастет на 128% к 2010 году относительно 1992 г.
Индонезия, ныне сама экспортирующая нефть, через 5-6 лет начнет ее импортировать, точно также как и другие страны АСЕАН, например, Таиланд и Сингапур.
Совершенно естественно, что такая ситуация по-новому ставит вопрос о поставках нефти с Ближнего Востока, точнее о безопасности районов пролива Ормуза, Индийского океана, Малайского полуострова, включая Малакский пролив и другие проливы в Южно-Китайском море. Сейчас через эти водные артерии провозят 11 мбд, к 2005 г. - 17 мбд.
Именно эти надвигающиеся энергетические проблемы и дают толчок гонке вооружения стран Восточной Азии, готовящихся к защите “жизненно важных” интересов. Отсюда же столь нервное внимание к “претензиям” КНР на острова Спратли и нежеланию Японии возвращать острова Дяоюй Китаю, а Токто двум Кореям, в районе которых обнаружены нефтяные шельфы. Именно поэтому США и Япония столь нервно реагируют на укрепление Китаем “оси КНР-Ирак-Иран”. Именно поэтому США не собираются уходить из региона, а Япония наращивает собственные вооруженные силы. Не учитывая “энергетического” фактора, трудно было бы понять усиливающуюся военно-стратегическую напряженность в Восточной Азии после холодной войны.
Во второй половине 90-х годов раскладка сил в Восточной Азии сложилась таким образом.
США. Единоличная военная гегемония США. Задачи: с одной стороны, стимулировать Японию и Южную Корею увеличить финансово-экономической вклад в дело “коллективной безопасности” в регионе, с другой - а) не допустить наращивания военной мощи КНР до уровня, позволяющего ей сломать существующий статус-кво, б) предотвратить восстановление былой мощи российских вооруженных сил на Дальнем Востоке, прежде всего Российского ТОФ. Как стратегическая задача - сохранить собственную гегемонию в рамках такого баланса военных сил, которая предотвратила бы появление военной державы (будь то Россия, Китай или даже Япония), способной нарушить структуру безопасности, сформированную США вместе со своими союзниками.
Япония. Настоящая система устраивает Японию, и она готова пойти на экономические “жертвы” для ее сохранения на будущее. В отличие от США, однако, Япония более чувствительна к потенциальным возможностям КНР стать военным лидером в регионе. Неизбежно противодействуя ей в этом, Токио будет одновременно пытаться через трехсторонние или многосторонние переговоры по безопасности в регионе ослабить военные позиции России, прежде всего, его военно-морские силы. Объективно Япония заинтересована также в определенном уровне напряженности на Корейском полуострове, т.е. в расколе двух Корей, что предотвращает формирование еще одной мощной, причем заранее антияпонской, военной силы под самым носом Японии.
Китай. Стратегически заинтересован в сломе существующего статус-кво, поэтому помимо дальнейшего усиления и развития своего военного потенциала, начнет формировать платформу для восстановления стратегического союза с Россией, а также дружеские военно-политические отношения с АСЕАН.
Южная Корея. По мнению профессора Кюнгсу Ло, в нынешних обстоятельствах КР будет поддерживать США и демонстрировать приверженность курсу Вашингтона. Это будет происходить до тех пор пока Сеул “не будет готов самостоятельно строить свою собственную стратегию (причем нейтралитет исключается), или не будет готов на альянс с одной из региональных держав (имеется в виду Россия, Китай или Япония - О.А.)”.
АСЕАН. Страны этой ассоциации в принципе пока заинтересованы в нынешней военно-политической ситуации, поскольку изменение статус-кво вынуждало бы их делать выбор, который может взорвать эту организацию из-за несовпадения геостратегических интересов.
В связи с районом ЮВА необходимо в особенности иметь в виду следующее. Внутри почти каждого из членов этой организации происходит процесс, характерный для классического капитализма (нарастание классовой борьбы, этнические, религиозные и территориальные конфликты, элементы национально-освободительных движений, претензии на доминирование внутри самой АСЕАН, к примеру, между Индонезией и Таиландом). Дальнейшее развитие экономики ведет к обострению всех названных проблем.
Все это наслаивается на антиамериканизм одних (Малайзия), антияпонизм других (почти всех), страх перед Китаем (некоторых).
Территориальные споры почти между всеми субъектами превращают район Восточной Азии в пороховую бочку, напоминающую ситуацию в Европе конца XIX века.
Через 10-15 лет, не исключено и раньше, начнется перераспределение сфер влияния с возможным разгоранием войны в ВА. Конечно, на 100% это не неизбежно, но вероятность крайне велика. По крайней мере, к такому варианту необходимо быть готовым.
[12] Даже буржуазные теоретики, при всей своей антипатии к марксовскому учению, при добросовестном анализе всех факторов, составляющих силу государства внутри национальной системы и на международной арене, вынуждены признавать: “Сила в международном сообществе не зависит исключительно … от экономических факторов. Однако последние всегда будут иметь первенствующее значение” - Luard Evan. The Globalization of Politics: The Changed Focus of Political Action in the Modern World. Macmillan, 1990.
© Олег Арин
Персональный сайт
При полном или частичном использовании материалов ссылка на olegarin.com обязательна
