АТР: начало распада
Часть первая. От “АТР” к Восточной Азии
Глава 3. Распад АТР
Учитывая, что некоторые японские и особенно китайские эксперты по АТР нередко не включают в этот регион США, а западные также СССР/Россию, есть смысл уточнить, насколько они правы. В качестве метода проверки возьмем концепцию гипостазийного комплекса.
Уже говорилось, что коммуникативная система проявляет себя через множество “семантических полей”. Поскольку все эти “поля” проанализировать невозможно, выберем из них наиболее существенные детерминанты целостности. Из параметрических свойств таковыми окажутся союзнические отношения между субъектами-элементами; из интегративных - политическая и/или экономическая интеграция; из свойств совместимости - проблема войны и мира (или проблема безопасности). Последние два свойства - интегративность и совместимость - приобрели необычную остроту именно в конце ХХ века и формулировались чаще всего в виде проблем взаимозависимости и выживаемости человеческой цивилизации.
Вопрос заключается в том, на каком уровне: глобальном или региональном (в этом случае, в каком регионе) проявляются качества интегративности и совместимости США и России.
Вполне очевидно, что США по всем свойствам обладают качествами глобальной державы и соответственно “входят” во все регионы мира, включая и АТР.
Сложнее дело обстоит с нынешней Россией, поскольку она потеряла глобальные качества интегративности после распада СССР не только с точки зрения системы ее союзнических связей в глобальном масштабе, но и с точки зрения экономической интеграции, которая, правда, и в период существования СССР была ограничена европейским регионом.
Единственное, что даже в нынешних условиях сохраняет за ней статус глобальной державы, - это наличие стратегического ядерного потенциала. Другими словами, в решении проблем безопасности она сохраняет статус глобальной державы, что совмещает ее со всем миром и всеми странами, а значит и с АТР.
Таким образом, как данность существует глобальная военно-политическая система США-Россия, зоной действия которой является в том числе и АТР.
Но в этой зоне находится никем не оспариваемые два актора - Япония и Китай. В данном случае нас не должны смущать споры, являются ли эти державы глобальными. Главное, что они являются бесспорными региональными странами с точки зрения проблем безопасности. Это дает повод утверждать, что мы уже имеем совместимую подсистему США–Россия–Япония и Китай. Другими словами, в наличии существует Международно-политический регион, образующий подсистему из 4-х держав.
Вопрос, какую географическую зону охватывает эта подсистема, будет разбираться несколько ниже.
Сейчас нас интересует вопрос интегративности с точки зрения положения России.
Она явно выпадает из интегративной системы, поскольку фактически ее союзнические связи в АТР распались, а экономически она, как отмечалось выше, даже в период существования СССР не была интегрирована в этот регион.
В отличие от России Китай во внешнеэкономических связях явно ориентирован именно на этот регион (примем пока это утверждение на веру), что позволяет условно выделить подсистему США–Япония–КНР по основанию интегративности. Условно же потому, что пока не совсем ясно, насколько Китай является неотъемлемым элементом целостности этой подсистемы.
Дело в том, что пока речь идет о системообразующих принципах включения или отсечения того или иного актора. Система не обязательна должна быть интегрированной или целостной. Чтобы система отвечала требованиям целостности необходимы дополнительные основания, которые будут разбираться в следующем параграфе.
Итак, мы выделили одну целостную подсистему: США–Россия–Япония–Китай (принцип совместимости) и подсистему США–Япония–КНР (принцип интегративности), которую еще предстоит подтвердить (или опровергнуть). Проблема в дальнейшем будет заключаться в том, какое географическое пространство “покроет” эта подсистема, не распадется ли она на другие подсистемы в регионе.
Как уже говорилось, Ближний и Средний Восток включали в АТР в основном российские эксперты на основе политических речей Горбачева. Такое включение явно искусственное и конъюнктурное, поскольку этот регион не имеет ни интегративных, ни совместимых свойств для включения его в АТР. Обычно от АТР он “отсекается” на основе здравого смысла, хотя для такого решения есть и научные обоснования. Главное из них то, что Ближний и Средний Восток является самостоятельной подсистемой международных отношений, которое обеспечивает “наличие здесь целого комплекса, своеобразной иерархии тесно взаимосвязанных и переплетенных конфликтных ситуаций, сердцевину которых составляет палестинская проблема”.
Совместимость субъектов региона усиливала ирано-иракская война, которая так же, как и арабо-израильская конфронтация, определяет вовлеченность в события (по методу “наведения”) США, СССР и ряд других великих держав. Однако если конфликты глобализируют значение региона, то интегративные детерминанты связывают различные его части в одну региональную целостность. Среди интегрантов можно выделить национальные и религиозные факторы (ислам), израильско-арабское противостояние, наличие стратегических запасов нефти.
Несколько сложнее обстоит дело с Афганистаном. Здесь надо иметь в виду следующее. Сам по себе Афганистан не обладает потенциалом даже регионального масштаба, но при определенных обстоятельствах такие государства могут играть глобальную роль (в этой связи можно вспомнить Сербию и начало первой мировой войны, а Югославию в нынешнее время). В данном конкретном случае значение Афганистана определялось афганской проблемой, в решение которой были вовлечены две державы глобального (США и СССР) и несколько стран регионального уровня (Пакистан, Иран, очень косвенно КНР), расположенных в различных регионах. Обострение этой проблемы оказало заметное влияние на всю систему международных отношений, в том числе и в АТР. Но, как правило, такого типа проблемы долго сохраняться не могут. После вывода советских войск с территории этой страны Афганистан потерял свое глобальное значение и ныне являет собой проблему регионального значения.
Что же касается остальных стран Южной Азии, то они отсекаются от АТР не только логикой системного подхода, но и любой другой логикой, в том числе и чисто географической, если только не рассматривать “намерения”, например, Индии играть какую-то роль в АТР в качестве системно-структурного элемента подсистемы. На данный исторический момент это просто невозможно, если иметь в виду, что даже торговая доля всей Южной Азии, включая Индию, как в экспорте, так и импорте необъятного АТР составляет около 1%. Даже в самой Южной Азии не наблюдается не то что интеграционных поползновений, но даже уплотнения взаимного экономического сотрудничества. Приоритеты отдаются внешним регионам, прежде всего Европе и США.
Но даже после отсечения Ближнего и Среднего Востока, а также стран Южной Азии в АТР остаются СВА, ЮВА, Северная Америка, Тихоокеанская Латинская Америка, Австралия-Новая Зеландия и страны Океании.
© Олег Арин
Персональный сайт
При полном или частичном использовании материалов ссылка на olegarin.com обязательна
